вторник, 16 апреля 2013 г.

Борис Ручьев




     Ручьев Борис Александрович (1913-1973) – русский советский поэт, критик, первостроитель Магнитки. Большая часть произведений Ручьева посвящена именно Магнитогорску – городу металлургов. Сложно найти другого поэта, который посвятил сталеварам и строителям столько возвышенных поэтических строк.
     Будущий поэт (его настоящая фамилия – Кривощеков) родился на Урале, в городе Троицк. Его отец, учитель и священник, был очень образованным человеком и также был известен своей литературной деятельностью. Борис учился в Троицке, затем – в Кургане, где стал заниматься литературой и где появились в печати его первые стихи. В 1930 г. он вместе с другом едет на Магнитстрой. В том же году на страницах магнитогорской прессы впервые появились строки, подписанные «Борис Ручьёв». Он стал активно печататься в газете «Магнитогорский комсомолец», а в 1933 г. был издан его первый стихотворный сборник («Вторая родина»), замеченный видными литераторами. В 1934 г. Ручьев был торжественно принят в ряды Союза писателей СССР. В 1935 г. он поступил на заочное отделение Литературного института имени А.М.Горького, а через год, женившись, переехал в город Златоуст, где работал над новыми произведениями. В декабре 1937 г. по сфабрикованному делу поэт был обвинен в контрреволюционной деятельности и осужден на 10 лет. Срок он отбывал в Оймяконе, на Крайнем Севере. В лагерные годы им были созданы поэмы «Невидимка», «Прощание с молодостью» и цикл стихов «Красное солнышко». После освобождения в 1947 г. ему пришлось искать способы зарабатывать на жизнь – талантливый поэт работал заводским бригадиром, кладовщиком, товароведом. В 1951-1956 гг. он жил в Киргизии, работая бухгалтером. Только благодаря приходу к власти Н.С.Хрущева и «оттепели» он снова смог заявить о себе как поэт. В 1957 г. Ручьев переехал в главный город в своей жизни – Магнитогорск. Там в 1958 г. вышел в свет его второй поэтический сборник («Лирика»). Любимому городу была посвящена и его поэма «Любава», над которой он работал 4 года. Затем регулярно стали выходить его поэтические сборники, критические заметки в «Литературной газете», в 1967 г. он получил Государственную премию РСФСР, а в 1969 г. - звание «Почётный гражданин Магнитогорска». Несмотря на тяжелые испытания, которые выпали на долю Ручьева, он с достоинством их перенес и как поэт заслужил всесоюзную любовь и уважение читателей.
      В 1975 в Магнитогорске по адресу, где жил Борис Ручьёв (проспект Ленина, дом 69, квартира 1), открылась его музей-квартира, ставшая первым в Челябинской области мемориальным музеем. C 1980 г. имя Бориса Ручьёва носит Магнитогорская центральная городская библиотека.



ДВЕ ПЕСНИ О МАГНИТ-ГОРЕ

1
Невидимый, невредимый,
силу тайную хранит
в сердце родины таимый
удивительный магнит.
Мне на свете нет покоя,
нет удачи, нет добра —
неотступною тоскою
извела Магнит-гора.
Дальним ветром, тихим зовом
всё манит меня к себе,
будто сына дорогого,
непокорного судьбе.
Я не раз бывал измучен,
падал замертво в мороз,
на костре горел горючем,
не пролив и капли слез.
Но припомню город горный,
весь в огнях в вечерний час, —
хлынут с радости и с горя
слезы теплые из глаз.
Я увижу, как по тропам
росным утром на заре
самым юным рудокопом
я пришел к Магнит-горе.
И, взрывая камень вечный,
день и ночь в земной грозе,
верных верностью сердечной
больше ста имел друзей.
Жил довольный хлебом черным,
в праздник чай кирпичный пил,
вместо доброй и покорной,
непокорную любил.
И желанной, нелюбимый,
пел я, строя город мой,
каждым камушком родимый,
каждой гайкою родной.

2
Если я умру без слова,
люди, будьте так добры,
отвезите гроб тесовый
до высот Магнит-горы.
Под утесом положите
и поставьте столб с доской:
«Похоронен старый житель
и строитель заводской».
Дождь польет могилу летом,
и на политом бугре
загорится горицветом
несгораемый багрец.
И воротятся живые,
старой дружбой мне верны,
сталевары, горновые —
бомбардирами с войны.

Над могильником багровым
снимут шапки в тишине,
задушевным тихим словом,
как живому, скажут мне:
— Спи, товарищ, ты недаром
ел на свете пироги,
нашей сталью в громе яром
насмерть скошены враги!..
И пойдут друзья спокойно
плавить горную руду,
как всегда — готовы к войнам,
к жизни, славе и труду.
Над моим усталым сердцем
пусть же, здравствуя, живет
всю планету громовержцем
потрясающий завод.
Как сердца стучат машины,
сплав бушует огневой,
и да будут нерушимы
основания его.
Ибо в годы сотворенья
я вложил в них долей тонн —
камень личного граненья,
вечной крепости бетон.
                                       (1942)

П.И.Котов. "Магнитка". 



ПЕСНЯ О БРЕЗЕНТОВОЙ ПАЛАТКЕ

Мы жили в палатке
с зеленым оконцем,
промытой дождями,
просушенной солнцем,

да жгли у дверей
золотые костры
на рыжих каменьях
Магнитной горы.

Мы жили в палатке,
как ветер, походной,
постели пустели
на белом восходе,

буры рокотали
до звездной поры
в нетронутых рудах
Магнитной горы.

А мы приходили,
смеялись и жили.
И холод студил нам
горячие жилы.

Без пляски в мороз
отогреться невмочь,
мы жар нагоняли
в походную ночь.

А наш гармонист
подыграл для подмоги,
когда бы не стыли
и руки и ноги;

озяб гармонист
и не может помочь,
озябла двухрядка
в походную ночь.

Потом без гудка
при свинцовом рассвете
мы шли на посты
под неистовый ветер

большим напряженьем
ветра превозмочь
упрямей брезента
в походную ночь.

А мы накалялись
работой досыта,
ворочая скалы
огнем динамита.

И снова смеялись —
от встречи не прочь
с холодной палаткой
в походную ночь.

Под зимним брезентом
в студеных постелях
мы жили и стыли,
дружили и пели,

чтоб нам подымать
золотые костры
нетронутой славы
Магнитной горы.

Чтоб в зареве плавок
сгорели и сгасли,
как гаснут степные
казацкие сказки, —

метельный разгон,
ураганный надрыв
стремительных ветров
Магнитной горы.

Чтоб громкий на версты
и теплый на ощупь,
как солнце, желанный
в походные ночи,

на тысячи створок
окошки раскрыл
невиданный город
Магнитной горы.

Мы жили да знали
и радость и горе,
забрав, будто крепость,
Магнитную гору...

За рудами суши,
за синью морей
красивая слава
грохочет о ней.

Мы жили да пели
о доле рабочей
походною ночью,
холодною ночью...

Каленая воля
бригады моей
на гордую память
осталась о ней.

Мы жили, плясали
без всякой двухрядки
в холодной палатке,
в походной палатке...

На сотни походов,
на тысячи дней
заветная песня
осталась о ней.
                                   (1933)

В 1966 году в Магнитогорске был торжественно открыт памятник, посвящённый первостроителям Магнитки — знаменитая «Первая палатка», ставшая символом города. У подножия исполинской каменной палатки высечены два первых четверостишия из написанной в 1933 году 20-летним Ручьёвым «Песни о брезентовой палатке»:

Мы жили в палатке с зелёным оконцем,
Промытой дождями, просушенной солнцем,
Да жгли у дверей золотые костры
На рыжих каменьях Магнитной горы.
                                                                                   ( Материал из "Википедии")

ЗИМА

Отзвенели веселые песни
На зеленом просторном лугу.
По сугробам, залегшим, как плесень,
Раскружился метельный разгул.

О, зима! Ты спускаешься наземь
Непреклонна, буйна и легка...
Над землей, одичалой от грязи,
Ты свои расстилаешь снега.

Еще нежны снежинки, как звезды,
Еще смутны и хрупки, как грусть,
Но свинцовые тучи и воздух
Заучили метель наизусть.

Хороши огневые закаты
В снеговом изумрудном огне,
Когда сумерки сгустком мохнатым
Загудят на уснувшей земле.
                                                    (1928)

Поэт погребен на Правобережном кладбище Магнитогорска.


Комментариев нет:

Отправить комментарий