четверг, 21 марта 2013 г.

Черубина де Габриак (Е.Дмитриева)




     Черубина де Габриак (Елизавета Ивановна Дмитриева) (1887-1928) – русская поэтесса и переводчица эпохи «серебряного века».
     В 1909 г. Елизавета Дмитриева, любительница искусств и испанской поэзии, гостила в Коктебеле у своего духовного наставника – поэта и художника М.Волошина, и у них родилась совместная идея литературной мистификации, был придуман звучный псевдоним Черубина де Габриак и литературная маска таинственной красавицы-католички...Только таким образом стихи малоизвестной скромной студентки могли привлечь внимание издателя.
     Родилась же знойная «Черубина» в Петербурге, в небогатой дворянской семье, с детства болела чахоткой и страдала хромотой. В 1904 г. с золотой медалью закончила Василеостровскую гимназию, затем училась в Сорбонне, где познакомилась с Н.Гумилевым. По возвращении в Петербург посещала литературные вечера, благодаря которым судьба и свела ее с Волошиным.
      В 1909 г. С.Маковский, поэт и издатель журнала «Аполлон», получил письмо, подписанное буквой «Ч» и содержащее несколько стихотворений. Чуть позднее позвонила и сама отправительница. Ореол таинственности и загадочности подействовал на редактора, он влюбился уже в один ее голос. Ее напечатанные стихи имели головокружительный успех, все были заочно влюблены в «прекрасную Черубину». Из телефонных разговоров выяснилось, что она родом испанка, ревностная католичка, ей восемнадцать лет, строгое воспитание получила в монастыре и находится под надзором отца-деспота и монаха-иезуита, ее исповедника. Однако через некоторое время поэт М.Кузмин выяснил номер, с которого звонила незнакомка. Тайна вскоре раскрылась, Дмитриева была знакома многим «аполлоновцам». «Эпоха Черубины де Габриак» продолжалась недолго, однако была ярким событие литературной жизни. Из-за нелестного выпада Н.Гумилева против Дмитриевой Волошин прилюдно дал поэту пощечину и вызвал на дуэль. Она проходила по пушкинской традиции на Черной речке, однако ни Волошин, ни Гумилев не пострадали.
     В 1911 г. Елизавета Ивановна вышла замуж за инженера В.Васильева, много путешествовала (в основном, по делам «Антропософского общества»). В 1915 г. она снова пишет стихи, уже более зрелые и совершенные, некоторые носили религиозный оттенок. В советское время она некоторое время вместе с С.Маршаком работала в Екатеринодаре над детскими пьесами, в 1922 г.  вернулась в Петроград, работала в литературной части Петроградского театра юного зрителя и переводила с испанского и старофранцузского. Из-за склонности к антропософии в 1926 г. в ее квартире проводят обыск, а саму поэтессу высылают в Ташкент. Там появляются ее новые стихотворения – мистические, любовные, меланхоличные, ностальгические...Она умерла от рака, не дождавшись окончания ссылки. Была похоронена на Боткинском кладбище в Ташкенте. В настоящее время местоположение могилы Елизаветы Дмитриевой неизвестно.





***
С моею царственной мечтой
Одна брожу по всей вселенной,
С моим презреньем к жизни тленной,
С моею горькой красотой.

Царицей призрачного трона
Меня поставила судьба...
Венчает гордый выгиб лба
Червонных кос моих корона.

Но спят в угаснувших веках
Все те, кто были бы любимы,
Как я, печалию томимы,
Как я, одни в своих мечтах.

И я умру в степях чужбины,
Не разомкну заклятый круг.
К чему так нежны кисти рук,
Так тонко имя Черубины?
                                                   (1909 или 1910)


ЦВЕТЫ

Цветы живут в людских сердцах;
Читаю тайно в их страницах
О ненамеченных границах,
О нерасцветших лепестках.

Я знаю души, как лаванда,
Я знаю девушек-мимоз,
Я знаю, как из чайных роз
В душе сплетается гирлянда.

В ветвях лаврового куста
Я вижу прорезь чёрных крылий,
Я знаю чаши чистых лилий
И их греховные уста.

Люблю в наивных медуницах
Немую скорбь умерших фей
И лик бесстыдных орхидей
Я ненавижу в светских лицах.

Акаций белые слова
Даны ушедшим и забытым,
А у меня, по старым плитам,
В душе растёт разрыв-трава.
                                                        (1909)


ОКНО

Дни идут, ползут устало...
Сердцу все равно!
Просто ты не понимала —
Распахни окно!

За зеленой скучной ставней,
Сердце обретет
Для затворницы недавней
Радостный полет.

Вверх за стаей голубиной
Вьется легкий путь,
И себя на миг единый
В небе позабудь.

Не умеет только тело,
А душа б могла!..
Сердце! Сердце! Голубь белый!
Два больших крыла!..
                                 (8 июня 1921)

***
Ты помнишь старый сад, где ты сказал впервые
Мне про любовь свою в июльский светлый день,
И ветви нежных лип, и сосны молодые
Бросали на песок прерывистую тень.

То был лишь миг один, и скоро он промчался.
Ты руку взял мою, — мы шли с тобой вдвоем, —
И день, июльский день, нам нежно улыбался,
И были мы одни, — ты в сердце был моем.

Ты помнишь старый сад, теперь цветет он снова,
Как некогда он цвел для нас в блаженном сне, —
Но тех забытых слов, слов счастия былого
Ты не повторишь мне.





Комментариев нет:

Отправить комментарий