вторник, 25 июня 2013 г.

Василий Комаровский



    Комаровский Василий Алексеевич (1881 – 1914) – русский поэт. 
   Происходил из старинного рода, его отец, граф А.Е.Комаровский, был хранителем Оружейной палаты. Мать же его страдала тяжелой формой эпилепсии, которая передалась и сыну. Василий получил домашнее образование, затем воспитывался в Московском императорском лицее и учился в Санкт-Петербургском университете, однако курса не закончил из-за приступа психической болезни. В 1906 г. он переезжает в Царское Село, где знакомится с Гумилевым, а затем – с Ахматовой, с которыми был тесно связан его творческий путь. «Знать Комаровского – это марка», - говорила Анна Андреевна уже в советские годы. Лирике Комаровского присуще ощущение трагизма, четкость формы, заметно и влияние на его стихи западноевропейского модернизма. Его стихи печатались в Литературном альманахе журнала «Аполлон», а в 1913 г. выходит единственная книга его стихов и переводов – «Первая пристань». Творчество Комаровского оказало заметное влияние на акмеистов – Ахматову, Мандельштама, которые спасли имя самобытного поэта от забвения.
   Последние годы поэт посвятил искусствоведению, в частности, живописи старых европейских мастеров. Начало первой мировой войны привело к очередному душевному кризису, и Комаровский оказался в психиатрической клинике, где вскоре скончался. Был похоронен в Москве на кладбище Донского монастыря; могила его не сохранилась. Большая часть архива Комаровского была утеряна в годы гражданской войны, однако впоследствии к творчеству поэта возродился интерес у исследователей и его имя не было незаслуженно забыто.

***

День ниспадал, незримыми парами

Пронизанный. В дыханье тяжком трав.

Ночь подошла, смиренными тенями

К земным полям ласкаясь и припав.



И душный сон меня объял глубоко.

Быть может, тьма обильно пролилась,

Быть может, ночь тревогою потока

Здесь в тишину сурово ворвалась.



Но день другой вставал непобедимо.

Вода и холод. Мокрые кусты,

Продрогшие от утреннего дыма,

Струятся робко в небе красоты.



Кругом леса, шумящие просторно,

И ветер тучу рвет со всех сторон.

Как радостно кричит железный ворон

Навстречу дням, крылатым, как и он!
                                                             (1907)


***
Со всех сторон, морозный и зыбучий,
Ночной простор со всех сторон хрустит.
И, в пыль снегов мешая дым колючий,
Широкие напевы шелестит.

И по стезям извилистого следа,
Впрягая пса в узорчатый ремень,
Пустынен бег кочевий самоеда,
Голодных стад безрадостная тень.

И к берегам лиловым океана,
Где черных волн блуждающий пустырь,
Молвою вод, пургою урагана,
Несет свой вздох угрюмая Сибирь.

И холодней незыблемого снега,
Синее льда и Лены холодней,
Полярных стран скучающая нега,
Сверкает ночь блистанием кремней.
                                                             (1910)


В ЦАРСКОМ СЕЛЕ
  
   Я начал, как и все - и с юношеским жаром
   Любил и буйствовал. Любовь прошла пожаром,
   Дом на песке стоял - и он не уцелел.
   Тогда, мечте своей поставивши предел,
   Я Питер променял, туманный и угарный,
   На ежедневную прогулку по Бульварной.
   Здесь в дачах каменных - гостеприимный кров
   За революцию осиротевших вдов.
   В беседе дружеской проходит вечер каждый.
   Свободой насладись - ее не будет дважды!
   Покоем лечится примерный царскосел,
   Гуляет медленно, избавленный от зол,
   В аллеях липовых скептической Минервы.
   Здесь пристань белая, где Александр Первый,
   Мечтая странником исчезнуть от людей,
   Перчатки надевал и кликал лебедей,
   Им хлеба белого разбрасывая крошки.
   Иллюминация не зажигает плошки,
   И в бронзе неказист великий лицеист.
   Но здесь над Тютчевым кружился "ржавый лист",
   И, может, Лермонтов скакал по той аллее?
   Зачем же, как и встарь, а может быть и злее,
   Тебя и здесь гнетет какой-то тайный зуд? -
   Минуты, и часы, и месяцы - ползут.
   Я знаю: утомясь опять гнездом безбурным,
   Скучая дóсугом своим литературным,
   Со страстью жадною я душу всю отдам
   И новым странностям, и новым городам.
   И в пестрой суете, раскаяньем томимый,
   Ведь будет жаль годов, когда я, нелюдимый,
   Упорного труда постигнув благодать,
   Записывал стихи в забытую тетрадь... 
                                                                (1912)

Неймарк Ю.И. "Царскосельский парк - Осенние контрасты".


СЕНТЯБРЬ

Внезапной бурею растрепана рябина
        И шорохом аллей,
Вчерашнего дождя осыпались рубины
        На изморось полей.

И снова солнечный, холодный и приятный,
        И день, и блеск садов.
И легкой зелени серебряные пятна
        В прозрачности прудов.

Морского воздуха далекое дыханье
        Как ранняя весна.
Глав позолоченных веселое сверканье.
        Безлюдье. Тишина.

Пусть это только день, и час, или мгновенье,
        Пусть это день один,
И в тонком воздухе я чую дуновенье,
        И холод первых льдин.

Но солнце катится, и сердце благодарно,
        В короткие часы,
За желтый мед листвы, и полдень светозарный,
        И ясный звон косы.

Церера светлая сегодня отдала мне
        И запахи смолы,
Все эти серые и розовые камни,
        И мокрые стволы.
                                                         (1912, Царское Село)

Неймарк Ю.И. "Александровский парк в Царском Селе".


Комментариев нет:

Отправить комментарий